Женский Петербург
Мода
Звезды
Красота и здоровье
Любовь и секс
Психология
Карьера
Дом и интерьер
Рецепты
Семья и дети
Отдых
Смотреть
Новости
Рио 3D

Карта сайта

Культура

Ускользающая песня города

городской романсПри словах «городской романс» у самых сентементальных на глаза наворачиваются слезы, а прагматики делают скептическое лицо. При первых гитарных аккордах мужчины чувствуют себя удалыми и бесшабашными, а женщины просто несчастными-несчастными… Но приходя на концерт надорвать душу и успокоить нервы, неожиданно для себя перестаешь понимать, что такое «романс». Потому что душа города, как и душа женщины бежит определения.
Песни золотой рыбки

Татьяна Алешина, автор-исполнитель, композитор, режиссер, член творческого союза «АЗиЯ – плюс»
– Вы ощущаете конкуренцию в Вашей среде, и существует ли какое-то очевидное соперничество?
– У меня несколько «сред»(улыбается). Одна – театральная, где я пишу музыку к спектаклям, другая, когда в свободное от театра время пою романсы и баллады. И в том и в другом случае это некоммерческая история, и о конкуренции я не думаю. В театре я либо выполняю заказ режиссера, либо это наше коллективное творчество. Когда же речь идет о песенном жанре, то там я вообще свободна и делаю, что хочу…
– Тем не менее, современный шоу-бизнес – сплошная коммерческая история. Когда-нибудь сталкивались с борьбой за заказ?
– Участвовала в тендере?(смеется) Да! И тендер был очень забавный. В Сургуте, в музыкальной школе к юбилею А. С Пушкина ставили «Сказку о рыбаке и рыбке», в 1999 году. Я выиграла. Правда обычно я не умею вести борьбу в финансовых вопросах, и если деньги платят за то, что мне не легло на душу, не буду этим заниматься
– В чем была сложность выигранного тендера?
– Я вспоминаю эту работу как одну из самых тяжелых. Главной задачей было сделать такую постановку, чтобы в ней участвовали все ученики школы – пели, играли на музыкальных инструментах, выступали как актеры. В том-то и сложность, что актеры – не взрослые, а дети, которых непросто собрать в кучу и заставить репетировать… Надо было продумать партии – золотой рыбки, моря и т. д.
– Неужели и старуха исполняла партию у корыта?
– Нет. (смеется) Но корыто играло не последнюю роль.
– После такого опыта самой не захотелось стать режиссером?
– Как режиссер я могу действовать на уровне идей, но у меня нет опыта и умения объяснить, как добиться результата.
– Есть желание появиться в клипе на телевидении?
– Клипы – противоречивая вещь. Когда на афише мелькает мое изображение, я тоже не люблю. Получается какая-то массированная атака.
– А что любите?
– Клоунов люблю…
– Кого конкретно?
– (смеется) Мне ближе Полунин. Когда есть какая-то философия, мир лирико-фантастический. Люблю клоунов-философов. Таких не совсем белых, и не рыжих. Белого с рыжим.
– Вы как сейчас говорят «пробивная»?
– Я обычно так говорю по этому поводу: «Я не живу, так как хочу, но и не живу так как не хочу.» Наверное легче существовать тем актерам и певцам, у которых есть маска, псевдоним или какой-то образ – для сцены, а в жизни они совершенно другие. Это своеобразная защита. Они переключаются и на время становятся этим существом. А я в жизни и на сцене один и тот же человек. Думаю, что если сильно рекламироваться, афишироваться – свободу потеряешь.
– Поясните…
– Во всем должно быть соблюдена мера. Как-то еще Елена Камбурова в одном из интервью на вопрос – хотите ли вы быть популярной, ответила – нет, только чтобы меня знали среди тех, кому это нужно.
– Ваш сценический костюм для романса?
– Мастерить сама не умею, и обычно прошу сшить. Вот сейчас в очередной раз надо менять и что-то придумывать. Но, как правило, выступаю в довольно демократическом виде, не в «концертном». Например, могу быть как «пингвин»…
– ???
– (улыбается) Так оркестранты называют свой черный фрак с белой рубашкой. А перья, декольте, блестки – не мое…
– Вы композитор, а стало быть, музыка для кино вас может заинтересовать…
– Была история. Очень давно, когда только развалился «Ленфильм», мои знакомые задумали снимать какой-то бандитский фильм. Сюжет – рэкетиры, фальшивомонетчики, воры и т. д. Я отказалась.
– А ведь это деньги…
– Так я ведь уже говорила, что если дело мне не по душе – я не работаю, даже за деньги!
– А сегодня поступают предложения, и какое приняли бы?
– Написала бы музыку к мультфильму! А кино… Ну только если бы это был не боевик, а какой-нибудь фантастический фильм. Кстати, недавно я работала с киношными режиссерами – они ставили в театре марионеток (место работы Татьяны Алешиной – прим. авт.) «Снежную королеву». Режиссер Дмитрий Хонин и аниматор Владимир Высоцкий.
– И какие ощущения от работы?
– У них мышление «по кадрам», довольно жесткие рамки. Они буквально по секундам напевали мне то, что им надо! Но было интересно…
– Как Вы себя определяете?
– Композитор, который поет свои песни.

Бедная девушка

городской романсКсения Арсеньева, солистка группы «Питерские сироты»
– Ксения, Ваш сценический образ очень подходит для кинематографа. Выключить звук, перевести в черно-белый режим и вот оно – немое кино!
– А мы снимались в кино. Мы записали песенку для фильма «Столыпин». Правда, по сюжету действие происходило в Швейцарии, в кафе, а песню мы пели на французском…
– И Вы были в кадре?
– Да. Но это проходная история… Хотя кино, с одной стороны, это очень интересно, а с другой – ад кромешный!
– Почему?
– Куча дублей! Много‑много раз приходится петь одно и тоже, а в конце перестаешь понимать, где находишься и что поешь!(смеется) Представляю, каково будет, если у тебя какая-то большая роль…
– В марте главный день – восьмого числа, во всяком случае, в России. В Вашем репертуаре есть что-нибудь весеннее?
– (задумывается) Нет. Разве что песня из кинофильма «Весна»? Помните, про апрель? И даже пень в апрельский день березкой стройной стать мечтает?
– Вы гастролировали за границей. Как западная публика воспринимает русский романс?
– С большим интересом и порой очень забавно, особенно когда в Берлине мы по просьбе кого-то из зрителей перевели текст…
– Расскажите про Ваши костюмы!
– Нас шесть человек, можно сказать живой организм и костюмы постоянно меняются. Я, например, на сцене люблю надевать шляпки. В жизни – меньше. Вообще лицо сценическое у меня одно, а в жизни я его не ношу.
– Вы курите. Это не влияет на голос?
– К счастью нет. Пробовала бросить, но безуспешно. Я извела всех вокруг – в то время еще не продавали специальной жевательной резинки. Избавление от вредной привычки выглядело так: я сокращала количество сигарет и, наконец, решила что буду курить по две сигареты в день. Но оказалось, что моя жизнь превратилась в ожидание! В промежутках я «курила» ручки и карандаши, и друзья, глядя на мои страдания не выдержали и сказали: «Да кури ты, только не мучайся так!»
– И Вы снова закурили?
– Да. Это видимо семейное. Очень смешно «бросала» курить моя бабушка. Приезжая к нам в гости она каждый раз говорила: «Наконец-то я бросила курить!» Но когда она открывала свой чемодан, там было по крайней мере двадцать пачек «Беломора», который она курила. Мы удивлялись: «Зачем? Ты ведь бросила!» На что бабушка резонно отвечала: «Ну оставался дома! Не выбрасывать же!» Первые дни она курила тайком, потом иногда, будто случайно – мол, забылась. Мы делали вид, что ничего не замечаем. Через неделю бабушка уже курила как прежде. История повторялась с каждым визитом (смеется).
– Рассказывайте какой-нибудь курьез – из гастрольной жизни…
– Своих личных историй на сцене так сразу не припомню, зато есть случай, который произошел с моим знакомым. Товарищ мой играл в студии роль чудища в спектакле «Аленький цветочек». Костюм был сделан так, что он в нем ничего не видел, и поэтому после выхода на сцену обратно за кулисы его втаскивал специально поставленный для этого человек. Свет гас, а в следующем акте роль прекрасного молодца – после превращения играл уже другой актер…
Однажды «помощник» куда-то ушел и не вернулся к концу действия. «Чудище» начало искать выход самостоятельно, но поскольку вслепую сделать это было непросто, процесс затянулся. Зрители, когда в финальной сцене зажегся свет, увидели на переднем плане Настеньку и Прекрасного молодца, а на заднем мечущееся лохматое чудо в поисках выхода…
– А с Вами происходило что-нибудь чудесное?
– Да, но в это будет сложно поверить. Несколько лет назад у меня был очень тяжелый период, и как то раз я пришла домой и в отчаянии села перед телевизором. Думаю: «Все, не могу больше! Как жить? Что делать?» В общем, размышления на уровне: что лучше – утопиться или повеситься? И вдруг телевизор включается… Сам.
– ???
– А в нем певица Елена Образцова. Смотрит на меня и говорит: «Жизнь надо прожить. Со всеми ее ошибками, горестями и неудачами. Когда я это поняла, я стала счастливой!»
– Может Вы на пульт случайно нажали?
– Нет, телевизор в розетку включался. Я встала, иду на кухню, рассказываю и спрашиваю знакомых, как так может быть? А мне отвечают: Что непонятного? Тебе же Образцова уже все объяснила!
– Песни-посвящения у Вас есть?
– Да, моя любимая песня – «Мотенька». Ее для меня написала Юлия Беломлинская.
– О чем она?
– Про бедную девушку, которая поет «Разлуку».

Духовная песня

Ирина Скорик, православная певица
– Как то мне довелось брать интервью у одного знатока в области романса, и он сказал, что для исполнителя‑мужчины романс – желание самолюбования и возможность покрасоваться на сцене, а для женщины – стремление передать миру состояние своей души…
– На счет мужчин, думаю, он не прав, а на счет женщин – угадал. Романс несет в себе явно женское начало, по своей интонации, по лирике.
– Есть ли среднестатистический портрет «женщины, которая поет романс»?
– Для меня основные критерии исполнителя – художественный вкус и профессионализм. Романс находится на грани между классическим искусством и легким жанром, и эта грань очень тонкая. Отклонения становятся жеманством, и потому главное для меня – искренность.
– Однажды Александра Пахмутова посетовала, что у песни, как и у человека, может быть судьба. Дескать, и красавец и все при нем, а ему не везет. Согласны?
– Не знаю, но действительно есть романсы, которые очень любит публика, причем долгие годы. Может быть, и есть какой-то секрет… Мне нравится романс, но для меня многое изменилось, когда я запела духовную песню.
– Что она из себя представляет?
– Духовная песня – новый жанр, который возник где-то в начале 60‑х, когда в СССР начала развиваться бардовская песня. В монастырях, причем сразу в нескольких появились монахи, которые начали писать песни на православные темы. Когда я сопоставила данные, то поняла, что это было практически одновременно.
– Как Вы это объясняете?
– Думаю, что за 70 лет забвения вера все-таки осталась в душе людей и трансформировалась в музыку. В духовную песню вклинились какие-то элементы бардовской – исполнялась она в основном под гитару, и направление стало очень популярным. Первой запела Жанна Бичевская, потом Евгения Смольянинова, затем Олег Погудин. Сейчас в России уже много исполнителей духовной песни. Появилось много молодых певцов, в разных точках России проходят фестивали, и каждый имеет свое лицо. Я, как руководитель петербургского фестиваля считаю главным, чтобы звучали интонации русской народной песни…
– Не звучат?
– К сожалению, в нашем обществе современная духовная музыка дала очень сильную трансформацию – насаждение западной рок‑музыки сделало свое дело. Музыканты, которые только пришли в храм, уже наслушались электронной музыки.
– Это влияет на творчество?
– Безусловно. На прослушивание к нам приходят ребята, которые в каких только жанрах не поют духовные песни! Начиная с кантри и джаза заканчивая бардовской песней. Но настоящая духовная песня все-таки основана на русских интонациях, и наш фестиваль делает все, чтобы это сохранить.
– Тексты интересные приносят?
– Изумительные! Но понимаете, если даже очень хороший текст переложить на рок‑музыку… Вот музыки пока мало.
– Теперь о женском. Вижу, что Вы большая модница!
– Да (смеется), и у меня есть имиджмейкер, который занимается моим образом. Это известный дизайнер‑модельер Людмила Желомонова. У нее свое ателье, и все мои костюмы – ее творчество.
– На одном из фото на Вашем сайте на Вас чудесные кружева… Вологодские?
– Нет, все из ее ателье. Я попала туда лет десять назад, через Олега Погудина. Он там заказывал себе концертные рубашки и костюмы. Сейчас спустя годы Людмила Николаевна стала моей подругой, и теперь она реализует на мне свои планы, экспериментирует, как художник… А я с удовольствием подчиняюсь.
– Редкий случай, когда приятно быть жертвой эксперимента… Как певица Вы востребованы, но многие исполнители с хорошими голосами сейчас в опале, потому как везде «Фабрика»…
– Я чувствую себя счастливым человеком.

 
 
чулки как выбрать, с чем носить

Читать
Слушать
Thirty Seconds to Mars - This is War
Мода | Звезды | Красота и здоровье | Любовь и секс | Психология | Карьера | Дом и интерьер | Рецепты | Семья и дети | Отдых
Copyright © 2011   "Женский Петербург".   Все права защищены.