Женский Петербург
Мода
Звезды
Красота и здоровье
Любовь и секс
Психология
Карьера
Дом и интерьер
Рецепты
Семья и дети
Отдых
Смотреть
Новости
Рио 3D

Карта сайта

Культура

Петер Эстерхази

Harmonia celestaeЗа роман «Harmonia celestae» ему прочат Нобелевскую премию. Переведенная на два десятка языков история древнего мадьярского рода, где бурный двадцатый век переплетается с не менее бурным семнадцатым, вышла наконец и на русском.

 – Ваша книга «Harmonia celestae» рассказывает о семье. Почему сейчас читателям вновь стал интересен семейный роман?
– Это очень простая форма. Взаимоотношения, связи, которые есть в семейном романе, всем хорошо известны. А читателю нравится читать то, что ему уже хорошо знакомо, и думать, что он знает больше, чем писатель. В семейном романе как форме много энергии. Но в ней  есть опасность ностальгии, особенно если речь идет об аристократической семье. А для меня ностальгия – это синоним обмана и лжи.

– Изучение прошлого семьи, которому вы посвятили много времени, как-то изменило ваше отношение к своей семье?
– Работа над романом длилась девять лет не потому, что изучение прошлого столько времени заняло. Мне казалось что стоит мне прочитать все книги, рукописи, документы ХVI – ХVIII веков, относящиеся к моей семье, – и большая часть работы будет закончена. Но получилось совсем не так. Все, что я узнал, мне пришлось забыть, чтобы потом все создать по новой. Естественно, я очень много нового узнал о семье – много маленьких историй. Но тайны никакие мне не открылись – ни большие, ни маленькие. Отчасти потому, что никаких тайных дневников мне обнаружить не удалось. Переписка, которую я нашел, оказалась очень интересной, но тайных дневников я не нашел, наверное, потому, что семья всегда была близка к власти, к высшей власти, и поэтому ее представители были всегда страшно заняты.Человек. находящийся у власти, тайных дневников не пишет. Только тот, кто хочет избежать власти, или тот, кого из власти изгоняют.

– Название романа отсылает к музыкальному произведению, которое написал ваш предок. Фигура этого человека для вас чем-то особенная?
– Как ни странно, на этот вопрос я могу хорошо ответить. Этого моего предка звали Пал Эстерхази, и родился он в 1635-м, а умер в 1712 году. И в истории нашей семьи это был, наверное, второй по значимости человек. Он был вторым сыном в семье, и это значит, что его воспитывали как интеллигента, как человека, который посвятит себя наукам. Он сидел в библиотеке, пописывал стихи, ну и музыку сочинял. Но в 1652 году случилась битва, в которой погиб его старший брат. И наутро после гибели брата, в 16 лет, он вдруг стал хозяином всего. Ему пришлось взять в жены 8-летнюю девочку, чтобы не распались владения. Он вынужденно стал полководцем, это был как раз такой период, когда Венгрия сражалась против турок. Я должен признать, что полководцем он оказался более успешным чем в качестве моего коллеги. И в одно мгновение он стал вторым человеком в государстве после короля. Но при этом он всегда жаждал вернуться в библиотеку. И в 1711 году он составил сборник музыкальных произведений, одним из которых стала «Harmonia celestae». Красная армия помогла мне избавиться от всего семейного наследства, но эта музыка мне осталась.

– Сейчас часто говорят о кризисе понятия семьи в современном обществе. Это надуманно или есть основания считать так?
– Это все равно что о романе говорить. Всегда говорят: вот кризис романа наступил. Семья как структура, конечно, сильно изменилась. Я всегда жил в семье, в доме, где нас – братьев и сестер – было четверо, и мне нравилось и хотелось жить в доме, где четверо детей. Так что я могу очень много хорошего сказать о семье, но мне очень не нравится, когда политики определенных взглядов начинают человеку внушать, что единственная ценность в обществе – это семья. Потому что семья – это дело действительно удивительное, фантастическое, но и кошмары все тоже происходят в семье. И обманы, и насилие, и лживые идеализации – это тоже все относится к семье. И мне кажется очень важным понимать, что разумная цельная жизнь возможна и вне семьи.

– Русский роман, как вы сами признаетесь, достаточно сильно повлиял на вас. А современная русская литература вам интересна?
– Сказать, что меня интересует русская литература, – это мало сказать. Европейский писатель не в состоянии не соприкасаться с русской литературой. Современная российская проза интересна тем, что делает современный писатель с этим огромным богатейшим наследием, и также тем, что он делает с этим постсоциалистическим состоянием. Для венгерского писателя обе эти отправные точки работают иначе.
Венгерского романа ХIХ века в принципе не существовало, и нам приходится исходить из несуществующей традиции или из пустоты, находящейся на ее месте. И отношение к диктатуре разное. Между тем, что длится 40 лет и 80, – огромная разница. Современный российский писатель физически не может быть знаком с тем, кто жил до диктатуры. Даже бабушки уже выросли в этом лживом мире. Кроме того, для венгров и, скажем, чехов эти 40 лет означали только поражение бесконечное. А для тех, кто вырос в советском обществе, были и победы. Здесь я более явно вижу борьбу между прошлым и настоящим, она более выражена. Еще можно видеть радость от свержения прежних идолов, возможности посмеяться над прежними иконами, которой у нас уже нет. В венгерской ситуации вставить Сталина в порнографическую сцену – бессмысленно. Не то чтобы это была плохая шутка, просто недостаточно смешная. Если бы я такую сцену написал, я бы ее из своего романа вымарал. А Сорокин, скажем, не вымарал. Не потому что я более требователен, просто отношения другие.

– А написать что-то о России вы никогда не хотели?
– Я всегда думаю о том чтобы написать что-то о России. Меня настолько не оставляет в покое Гоголь, что не знаю, что с ним делать. Не знаю даже, что получится.

 
 
чулки как выбрать, с чем носить

Читать
Слушать
Thirty Seconds to Mars - This is War
Мода | Звезды | Красота и здоровье | Любовь и секс | Психология | Карьера | Дом и интерьер | Рецепты | Семья и дети | Отдых
Copyright © 2011   "Женский Петербург".   Все права защищены.