Женский Петербург
Мода
Звезды
Красота и здоровье
Любовь и секс
Психология
Карьера
Дом и интерьер
Рецепты
Семья и дети
Отдых
Смотреть
Новости
Рио 3D

Карта сайта

Культура

Наследницы по прямой

Каково это, быть наследницей известной фирмы и быть во главе компании? Ответить на этот вопрос могут дать только сами наследницы. Майлен Фазер и Аннет Тилландер хорошо смотрятся во главе известных семейных предприятий, зародившихся в Санкт-Петербурге.



Бизнес в шоколаде


Эта молодая, скромно одетая (темные брюки, свитер, тонкая курточка) женщина — представительница четвертого поколения знаменитой «шоколадной» династии. Добрых три года я не мог застать ее на фабрике. Причина уважительная: сперва у нее родилась девочка, потом мальчик. Сидела с детьми, но все равно вела проекты, связанные с развитием производства, дизайном и качеством продукции. Дизайну шоколадных изделий Майлен обучалась на родине предков, в Швейцарии.

– Когда я окончила школу, папа предложил мне поработать на фирме, — вспоминает Майлен. — Я продавала шоколад с машины, училась на экономиста, изготовляла коржи для тортов в кондитерской. Без принуждения — мне это нравилось. Лишь после этого он отправил меня на двухгодичную стажировку в Швейцарию.

Семья ее прапрадеда — меховщика Эдварда Фазера переехала в Финляндию с берегов Боденского озера. К огорчению родителей, их младший сын Карл выбрал «несерьезную» профессию кондитера. Обучился ей в Санкт-Петербурге, работал в Берлине и в Париже, а в 1891 году открыл в центре Хельсинки (участок был куплен за 6800 рублей — дело-то было в Российской империи!) французско-русскую кондитерскую. С этой кондитерской — она и сейчас в том же доме — и начался семейный бизнес.

Майлен говорит, что прадедушке очень повезло с женой: Берта, дочь кондитера, успевала вести бухгалтерию, кормить домочадцев, в часы пик работала в кассе и в течение 12 лет возглавляла совет директоров компании. Тем временем Карл как натура творческая генерировал идеи, непривычные для сознания северян. Одной из них было «наслаждаться жизнью» — разумеется, вкушая шоколад. Он придумывал новые виды продукции, начал использовать в упаковке синий цвет как символ Финляндии. Но и черновой работой не брезговал: когда производство расширилось, приходил на фабрику к шести утра, что не могли не оценить мастера-шоколадники, в большинстве выходцы из России.

И все же фирменный молочный шоколад придумал не Карл. Скорее, это заслуга его сына (дедушки Майлен) Свена, получившего заветный рецепт от одного своего швейцарского друга в благодарность за помощь в лечении серьезной болезни.

Кстати, Майлен не верит предписаниям врачей о том, что давать детям шоколад можно лишь с двух лет. «Не знаю, меня это не интересует», — решительно заявила она. Как выяснилось, ее дети попробовали шоколад еще до года. Сама она, когда была помоложе, съедала не менее полукилограмма шоколада в день (!), но тогда много двигалась, занималась верховой ездой, лишь сейчас снизила норму. Впрочем, пока мы сидели в кафе, Майлен Фазер одну за другой отправляла в рот шоколадные конфетки. Большую роль в продвижении шоколада сыграл ее отец Петер Фазер, продолживший дело Карла и Свена. Но, возможно, самым удачным его «проектом» стала дочь. Сегодня сто процентов акций компании принадлежат членам семьи Фазер и их ближайшим родственникам — таковых около 60.

Семейный бизнес для Майлен не фетиш. Двое ее братьев никак с производством не связаны. Муж — инженер-конструктор, его фирма к шоколаду не имеет отношения. Между прочим, детей она записала на фамилию мужа. Когда я спросил, почему, она парировала: «А почему нет?».

 

 

 

 

Ювелирные традиции

Совмещает семейный бизнес с воспитанием детей и обаятельная Аннет Тилландер: вместе с матерью и младшей сестрой Тиной она продолжает фамильную традицию ювелиров, тоже зародившуюся в Санкт-Петербурге!

По паспорту у Аннет двойная фамилия, но четверо ее детей носят фамилию мужа. «Старшему сыну 17, он уже не- множко помогал нам в мастерской, еще больше я надеюсь на 13-летнюю дочь, — сказала Аннет, — но мы им ничего не навязываем. Ведь если дети захотят стать ювелирами, всегда могут вернуть фамилию Тилландер. Тем более что мы им дали второе имя Александр или Александра — в честь нашего знаменитого предка!»

Прапрадедушка Аннет 11-летним мальчишкой махнул в Петербург, где уже обосновался его старший брат-сапожник, 12 лет напряженно учился ювелирному искусству и в 1860 году открыл свое дело… Мастерская Александра Тилландера размещалась на углу Большой Морской и Гороховой. Он поставлял золотые браслеты для престижных магазинов на Невском, работал по 18-20 часов в сутки, пока не обзавелся собственными клиентами, в том числе из Франции и Швеции, стал выполнять заказы царского двора. Отец приобщал к тонкому ремеслу сына, тоже Александра, доверил ему представлять фирму на Всемирной выставке в Париже. В 1911 фирма переехала на Невский (угол Малой Конюшенной), после чего удвоила оборот. Дальше были война, инфляция, революция… В сентябре 1917-го сын успел перебраться в Хельсинки и тем спас свой «буржуйский» бизнес, а отец умер год спустя в Петрограде.

В 1956 году внук Александра-младшего Торбьерн Тилландер, который учился у лучших финских дизайнеров, рискнул продолжать дело самостоятельно. За 45 лет работы он создал около 10 тысяч маленьких шедевров из золота и само- цветов. С начала 1980-х ему помогали дочери Аннет и Тина. После смерти отца Тина стала директором-распорядителем фирмы, Аннет занялась дизайном изделий. Но семейные заботы для них приоритетны: сейчас, например, Аннет подменяет Тину, уехавшую с мужем и детьми в Швецию, а мама ведет бухгалтерию и работает с клиентами в торговом зале.

В 1991 году они с Тиной организовали выставку отцовских работ в «Галерее Стринберга», для которой собрали примерно тысячу украшений, «сделанных его руками и сердцем». Через два года, когда фирме исполнится полвека, они хотят повторить эту выставку, включив в нее также работы дедушки Лео и других поколений Тилландеров. В том числе, свои собственные.

Аннет очень волнует чистота семейного брэнда. «Во главе нашего бизнеса — три сильные женщины и ни одного стороннего владельца», — подчеркнула она. В ателье всего 12 работников, из них шесть ювелиров высшей квалификации — довольно молодых людей, с которыми Аннет держится на равных. По ее словам, «эти ребята дороже золота».

– Мы придерживаемся классического стиля и создаем лишь такие изделия, которые сами хотели бы носить. Среди них вы не найдете двух одинаковых, — заверила Аннет. — Часто идеи рождаются из разговоров с клиентами, которые приносят доставшиеся в наследство драгоценный камень, кольцо, золотую цепочку и просят сохранить их в новом облике.

В одной из витрин салона — маленькое белое платьице, в котором Аннет была на крестинах Тины. Рядом другая семейная реликвия — браслетик с розовым турмалином, который она сделала для своей старшей дочери Фанни. Аннет считает, что этот браслет дочь вполне может надеть и на свадьбу. Может, именно Фанни — шестое поколение Тилландеров — в будущем станет главой семейной фирмы?

Р.S. В этих историях много общего. В обоих случаях дело, начатое с нуля, уцелевшее даже в революционных бурях, благодаря женщинам получило мощное развитие. Между прочим, это и есть тот самый малый бизнес, о возможностях которого мы говорим, говорим, говорим… последние 15 лет.

 



Аркадий Соснов

 
 
чулки как выбрать, с чем носить

Читать
Слушать
Thirty Seconds to Mars - This is War
Мода | Звезды | Красота и здоровье | Любовь и секс | Психология | Карьера | Дом и интерьер | Рецепты | Семья и дети | Отдых
Copyright © 2011   "Женский Петербург".   Все права защищены.