Женский Петербург
Мода
Звезды
Красота и здоровье
Любовь и секс
Психология
Карьера
Дом и интерьер
Рецепты
Семья и дети
Отдых
Смотреть
Новости
Рио 3D

Карта сайта

Культура

Евгения Малыгина: Мы не сдадимся

Евгения Малыгина«Сочетание казалось бы несочетаемого» − один из основных трендов нынешней моды. Но механической «игры контрастов» недостаточно, красивы не просто бриллианты с булыжниками или кеды с фраком, а редко встречающееся в человеческой природе сочетание ума и радости, сложности и искренности. Если модельеру удается достичь этого в одежде, успех гарантирован, как эксцентрично она бы ни выглядела.

Евгения Малыгина − идеолог и дизайнер студии Pirosmani, приучившей петербургскую публику к изящному гранжу и причудливому примитиву, на который можно не только смотреть, но и носить.

— Ваша любимая картина у Нико Пиросмани?

— «Олень».

— В одном из интервью вы говорили, что предпочли бы заниматься живописью и, может быть, еще вернетесь к этой мечте. Почему выбрали все-таки одежду?

— Я поступила в «Муху», когда мне было уже 27 лет, а моим дочкам − 7 и 5. Это был осознанный выбор, который радикально изменил видение обыкновенного человека на видение художника. Конечно, в 1997 году, когда я начинала учиться, представления о мировой моде у нас были достаточно приблизительные. Так получилось, что в годы обучения я часто ездила в Европу, в частности в Италию. Помню свое впечатление от первых увиденных профессиональнейших витрин модных магазинов! Вот тогда и поняла окончательно, что костюм может быть высоким искусством, а заниматься его созданием и интересно, и это может дать реальный результат.

— «Гранжевые» ткани, ставшие визитной карточкой Рirosmani, − это воспоминание о живописи?

— Тяга к живописи остается. Собственно, она и проявляется в крашеных тканях – смешиваются разные краски, в разных сочетаниях переносятся на ткань. Зимний период в Петербурге долгий − так мало цвета. От этого сильно устаешь, хочется достичь нюансов в красках на одежде, в последней коллекции это были тончайшие сочетания серого с розовым, с фиолетовым. Но у нас нет стремления передать презрение, часто свойственное «гранжу». Скорее, во всех коллекциях есть желание передать процесс становления, а не распада.

— То есть не эпатаж, а такой нежный и серьезный эстетизм?

— Может быть. Ведь те же разорванные швы нужны не для эпатажа, а для того, чтобы видно было сразу три цвета и тот, что проглядывает в прорезь. Из каждого такого фрагмента костюма можно, сфотографировав и увеличив, сделать плакат.

— Как вы работаете над коллекцией, много ли внимания уделяете эскизам?

— Я больше всего люблю разрабатывать верхнюю одежду, работать с крупными формами и быстро, без эскизов создаю макет.

— Отдельного разговора заслуживают названия ваших коллекций: «dogma», «DEZERTIRA NET», насколько важно то, как вы называете свою одежду?

— Безусловно, важно. Название создается в процессе работы над коллекцией, как некая вербализация образа, а потом уже само играет роль камертона, на который ориентируешься и уточняешь детали самих костюмов. Тоже проявление дизайнерской позиции, почерка, если хотите.

— Весенняя коллекция называется «Сиддхартха и монополии». Просветление гарантировано?

— Ручаться, конечно, не могу. Все-таки магические свойства костюма ограничены. Не взяла бы на себя ответственность за полное преображение человека. Но, безусловно, костюм дает возможность каждому вылепить из себя именно то, что предлагает дизайнер.

Когда только создается коллекция, возникает некий прообраз. На этот раз мир виделся как серый мегаполис с жесткими стенами условностей и ограничений. А человеческая душа по контрасту с этим миром казалась пронзительно романтичной. Ее хотелось спрятать, как самого человека − укутать в жакеты, которые, как ракушка, прятали бы жемчужину за своими неровными загадочно-витиеватыми створками. Это самые нежные и трепетные одеяния среди тех, которые когда-либо создавались у Pirosmani. Человек в таком костюме должен почувствовать себя очень хорошим, потому что слишком ему сейчас плохо…

— А ваши клиенты − какие они и каким вы видите идеального клиента?

— Одеваются самые разные люди. Хотелось бы работать для по-настоящему творческих натур, причем совсем не обязательно, чтобы они занимались искусством. Идеально, если человек не использует наш костюм для преодоления или маскировки каких-либо своих недостатков, а «совпадает» с нашей философией изначально. Эта одежда для сильных и уверенных в себе людей.

— Что, на ваш взгляд, нужно, чтобы наши модные дома достигли популярности европейских?

— Чтобы мода подсознательно и сознательно была бы приравнена к искусству. Чтобы меценаты стали вкладывать в модную индустрию. Причем не только с целью развернуть новый бизнес, использовать имя и талант дизайнера в утилитарных целях. Чтобы были и непрагматические мотивы.

— Ну, наверное это невозможно даже в Европе…

— Ну а у нас все может быть!

— Есть мечта создать свой модный дом?

— Это не должно быть мечтой. Создание модного дома – тяжелый труд. Так что если есть колоссальное желание работать и работать, причем выносить самые разнообразные неприятности, вплоть до капризов клиентов, то только тогда стоит мечтать.

— Что все-таки для вас самое трудное в модном бизнесе?

— Самое не столько трудное, сколько неприятное, – «наступать на горло собственной песне», ориентироваться не только на то, что действительно хочется создавать, а на то, что хочет потребитель. А он все больше и больше хочет casual, обыкновенную, носимую одежду, практически не ориентированную на создание какого-либо образа. Человек все более стандартизируется. Дизайнера это не может не огорчать. Но мы не сдадимся.

 
 
чулки как выбрать, с чем носить

Читать
Слушать
Thirty Seconds to Mars - This is War
Мода | Звезды | Красота и здоровье | Любовь и секс | Психология | Карьера | Дом и интерьер | Рецепты | Семья и дети | Отдых
Copyright © 2011   "Женский Петербург".   Все права защищены.