Женский Петербург
Мода
Звезды
Красота и здоровье
Любовь и секс
Психология
Карьера
Дом и интерьер
Рецепты
Семья и дети
Отдых
Смотреть
Новости
Рио 3D

Карта сайта

Культура

«Happy hours» по-тайски

Горячие тайские крокодилы и трансвеститы «Таиланд — страна тысячи улыбок», — захлебываются от восторга рекламные плакаты на улицах Бангкока. Все правильно, однако есть один нюанс. Как не бывает великих страстей без денежных затруднений, так и не бывает беззубого оскала крокодила и ласковых объятий трансвестита без заплаченных за них 40 — 100 бат (баты — местная валюта). Выкладывай «ботаты» (сленг русских туристов) и храбро сражайся с крокодилом, бесстрашно оттягивай хобот слона и смело касайся груди трансвестита, если найдешь, конечно. Причем прайсы на слона и на трансвестита одинаковы, а вот крокодил почему-то идет дороже. Интересно, почему. Я размышляю над этим вопросом, пытаясь накормить злобного троглодита свежей курочкой. Данный вид рыбалки предлагается неискушенной туристической публике: курочка нанизывается на удочку, удочка забрасывается в болотце, кишащее голодными крокодилами. Рядом со мной кряхтит Володя, турист из Краснодара. Его курицу слишком крепко привязали к леске, и радость крокодила, поймавшего птичку, неожиданно померкла. Аттракцион превращается в водную баталию: крокодил из Сиама против краснодарского Вована. «Эх, нету на тебя, Вовка, Спилберга». Хотя это уже не голливудский триллер, а комедия под названием «Особенности русской рыбалки на крокодила». «Бросай удочку, дурак!» — кричат испуганные гиды. Ну уж нет, не на того напали! «Врешь, не уйдешь», — шепчет он, почти втаскивает крокодила на деревянный помост и ... леска рвется. Разочарованный вздох Володи: «Эх, еще бы чуть-чуть...». Интересно, что он собирался делать с крокодилом на суше? Или крокодил с ним? Но это уже их мужские разборки. А меня впереди ждет культурная программа для женщин — шоу трансвеститов: изысканные жесты, грациозные движения, накринолиненные дамские платья. В шоу присутствуют все аксессуары гардероба блоковской Незнакомки, правда, при ближайшем рассмотрении Незнакомка неожиданно оказывается Незнакомцем. Подхожу к приме театра под вспышки фотообъектива. «Вы были неподражаемы!» — «Благодарю», — говорит она мне низким басом, страстно вздымает силиконовую грудь и требует сорок бат за фотографию. Да, классик все-таки был прав: «Лицом к лицу лица на увидать».

 

Dura sex, sed sex (Секс суров, но это секс) Но ловля крокодилов и шоу трансвеститов не идут ни в какое сравнение с тем фейерверком беспутства, который можно наблюдать на улицах вечерней Паттани. «Мазохисты, садисты, лесбиянки», — нет, это не испуганный шепот, а громкие выкрики местных зазывал, юных пиарщиков царящего здесь содома. «У нас секса нет», — утверждала в начале 80-х наша гордая соотечественница. Да как же его, родимого, нет-то? Всего пара десятков лет за плечами, несколько тысяч километров за спиной, и вот тебе — оборотная сторона медали. «Секс жил. Секс жив. Секс будет жить», — прочитывается на каждом рекламном плакате, слышится за каждой дверью, улавливается во взгляде каждого, даже самого молодого, тайского мальчика, идущего в обнимку с пожилым иностранцем. И теперь уже тайцы с не меньшей гордостью заявляют: «А у нас секс есть» и приглашают меня заглянуть в одно из секс-, пип- или стрип-шоу. Ну что ж, из чистого любопытства, на благо просвещения отечества и лишь одним глазком. После пяти минут просмотра глазок косеет, а зрачок расширяется от удивления. Наверное, если бы Игорь Кио когда-нибудь побывал на этих шоу, то проглотил бы собственную пилу от возмущения. Теперь женщин не нужно распиливать на две части, поскольку нижней частью своего тела они могут распилить что угодно и кого угодно. Своими гениталиями эти отважные женщины открывают бутылки из-под кока-колы, надувают воздушные шары и стреляют бананами, из своего чрева они извлекают на свет шарики для пинг-понга, бритвенные лезвия и другие колющие и режущие предметы. Здесь нет ни капли сладострастной эротики или грубой порнографии — только один смертельный номер циркового представления.

Выхожу на воздух. Как утопающий хватается за соломинку, я пытаюсь отыскать в толпе интеллигентные лица. Молоденькие таечки прогуливаются с престарелыми иностранцами, взявшись за руки. Кто-то везет своего старикана на мотоцикле, кто-то тащит на себе его тяжелый рюкзак. Это морковки (проститутки на сленге русских туристов). Я не знаю, почему их прозвали морковками. Наверное, всему виной желтый цвет их кожи или то большое количество «морковного» урожая, которое произрастает на одном квадратном метре улиц Паттани.

Когда я иду по Walking Street, меня окружают неоновые фонари баров, крики торговцев, музыка дискотек и девушки... девушки... Здесь по статистике на десять девчонок выходит уже не по девять ребят, а всего по одному пацану. Несправедливо. Ну почему на одного мужчину приходится по десять морковок, а для меня не находится ни одного приличного овоща? Хотя нет, над одним из переулков я замечаю надпись «Boys Town». Мне, видимо, сюда. В одном из клубов мое внимание привлекает огромный аквариум, в котором, словно рыбки, плещутся молодые мальчики. На плавках каждого имеется номер: десятый стоит дороже, чем пятнадцатый. Но мне нравится двадцать второй: он ходит по суше и всячески пытается меня соблазнить. Его усердие понятно: среди посетителей, большинство из которых пузатые дядечки, я — клиент редкий и желанный. Узнаю цену: тысяча бат — за час, тысяча восемьсот — за ночь. Развожу руками, мол, извините, «руссо туристо — облико морале». Двадцать второй истолковывает жест по-своему: «Для Вас всего триста бат. Берите, недорого отдаюсь!» Какие скидки! Правда, устремляясь этим вечером на поиски вечной любви, я не захватила с собой кошелек. Да и вряд ли согласилась бы на предложение столь дешевого счастья.

Хотите — верьте, хотите — нет  Лучше подумать о душе в стенах буддистских храмов. Здесь каждая статуя Будды, каждый звон колокола и даже каждый цветок лотоса пропитаны величественным спокойствием истории и наивным людским суеверием. Погладь Хотэя по животу и готовь чемоданы для свалившегося с неба богатства. Стукни в колокол и жди прибавления в семействе. Прикоснись к листьям магнолии и забудь обо всех печалях. Воробей, выпущенный из клетки на горе Большого Будды, — на счастье. Веревочка, повязанная в храме беззубым монахом, — на удачу. В Королевском Дворце Бангкока есть храм «Ват Пра Кео». Во всем мире он известен из-за статуи Изумрудного Будды, а среди русских туристов — из-за волшебных лотосов. Загадай желание, обмакни один лотос в чан со святой водой, похлопай им себя по макушке — и дело сделано. Вот тебе и еще одна сказка о золотой рыбке на тайский манер. Слушая эту байку, Вова из Краснодара скептически улыбается. «Эх, дурят нашего брата!» — восклицает он, выхватывает большую охапку лотосов и начинает орудовать ими, как веником. «Что вы делаете? Только один лотос», — недоумевает подошедший таец. «Да у меня целая семья в Краснодаре», — поясняет Володя и продолжает похлопывания.

Суеверия, скажете вы? Да нет, простые надежды на счастье. И в их исполнение нужно поверить, как, впрочем, и в те десять дней в Таиланде, которые пролетели для меня, как несколько часов. Были ли это happy hours? Не знаю.. Счастливые часов не наблюдают.

 Екатерина Штерн

 
 
чулки как выбрать, с чем носить

Читать
Слушать
Thirty Seconds to Mars - This is War
Мода | Звезды | Красота и здоровье | Любовь и секс | Психология | Карьера | Дом и интерьер | Рецепты | Семья и дети | Отдых
Copyright © 2011   "Женский Петербург".   Все права защищены.