Женский Петербург
Мода
Звезды
Красота и здоровье
Любовь и секс
Психология
Карьера
Дом и интерьер
Рецепты
Семья и дети
Отдых
Смотреть
Новости
Рио 3D

Карта сайта

Культура

Анна Алексахина: «интимная жизнь» — настоящий шлягер

В театре Анну Яковлевну Алексахину называют не иначе как «Анечка», «Аннушка», «Анюта». Создается впечатление, что все, от вахтера до коллег-артистов, в нее влюблены. А судя по отсутствию свободных мест на спектаклях с ее участием, зрители тоже не являются исключением. В чем же секрет этой удивительной женщины и потрясающей актрисы…


Стать артистом — ваше целенаправленное желание?


– Конечно. Ведь это была мечта детства. Бывает, что люди случайно попадают в эту профессию — ко мне это не относится. Я целенаправленно шла к воплощению своей мечты. В тот год Игорь Петрович Владимиров, на курс которого я поступала, дабы сократить поток, устраивал первый отборочный тур в феврале. Списки прошедших испытания были вывешены на служебном входе театра имени Ленсовета. Я даже помню, что моя фамилия стояла под номером 33. Удивительно, но судьбе было угодно, чтобы с того момента и по сей день моя жизнь была неразрывно связана с этим театром.

– Петербуржцы хорошо помнят ваши первые роли в «Снежной королеве», где вы поочередно представляли и принцессу Эльзу, и Герду, и даже маленькую разбойницу. А какая роль была ближе?

– Конечно же маленькая разбойница. Это был вольный рисунок. Герда — слишком большая нагрузка. Хотя, знаете, в финале спектакля Герда произносит гениальный монолог. Я и по сей день уверена, что это лучшая литература, с которой я встретилась на сцене. Несколько лет назад, когда наш театр переживал кризисный период, и уверенности в завтрашнем дне не было, я показывалась с этим монологом в один московский театр. И меня приняли. Во многом благодаря высокой литературе Шварца.

– А что вам ближе: антреприза или классика?


– Для меня самым определяющим является встреча с интересным режиссером. От классической роли артист может и не получить ожидаемого удовлетворения, если он предоставлен в ней сам себе, а такое часто бывает. Важно встретиться с талантливым художником. Театр все же творчество коллективное.

– Вас часто можно увидеть в компании таких талантливых партнеров, как Сергей Мигицко и Михаил Боярский...

– Благодаря спектаклю «Интимная жизнь», мы стали одной командой в театре и друзьями в жизни. Вообще удивительный спектакль — 10 лет играем его при аншлагах. Настоящий шлягер. И это не мое личное мнение. Так, совсем недавно охарактеризовал «Интимную жизнь» кто-то из зрителей. Вполне возможно, что именно благодаря нашей сплотившейся компании спектакль и стал шлягером. Ведь в театре, как и в спорте или балете, очень часто складываются дуэты. Ты сыгрался с человеком, тебе с ним легко, ты готов вместе с ним добиваться чего-то нового. И огромное спасибо режиссерам, что они находят такие дуэты, дают им возможность работать вместе. Знаете, нельзя влиться в коллектив, просто сталкиваясь в коридоре или сидя в буфете. Только в работе человек раскрывается полностью. Кого-то из коллег это завораживает, подкупает — и люди дружат, потому что у них вдруг обнаруживается что-то общее. И эта дружба, ее аура, безусловно, присутствует в спектакле.

– В вашем «багаже» много весьма разноплановых ролей. Признайтесь, вы как-то отбираете роли?

– Что вы! Артиста выбирают! Я могу только благодарить судьбу (и режиссеров!), что они предлагают мне столь разных героинь. Хотя порой их предложения шокируют. Знаете, когда мне дали почитать пьесу «Дверь в смежную комнату», в которой наш художественный руководитель отвел мне роль этакой повидавшей виды девахи-проститутки, у меня неожиданно поднялась температура. Я не могла представить, как подобраться к образу. В первый момент показалось, что это совершенно не мое. А теперь одна из самых любимых моих ролей. Значит, режиссер знает про меня что-то такое, о чем я сама не догадываюсь.

– Получается, что у вас каждая роль — любимая. А есть самая-самая?

– Честно признаюсь, не знаю. Каждая роль интересна по-своему. Так, в спектакле «Фредерик или бульвар преступлений» по блестящей комедии современного французского драматурга Шмита я играю этакую взбалмошную актрису, театральную интриганку. Этот противоречивый образ дал мне уникальную возможность опробовать различные нюансы. Но всегда ближе тот персонаж, над которым сейчас работаешь. А в данный момент я репетирую в новой пьесе «Фокусник из Люблина». И получаю от репетиций огромное удовольствие. Самые интересные работы получаются тогда, когда между актером и образом существует некий «зазор», тогда и включается фантазия, воображение и в роли возникает необходимый объем.

– После вашей роли в спектакле «Дама-призрак» итальянского режиссера Алессио Бергамо многие критики сошлись во мнении, что вы достигли профессиональной зрелости.

– Признать себя мастером для артиста — значит подвести черту в карьере. Я это сделать не готова. Не поверите, но, получая новую роль, даже самый именитый артист зачастую чувствует себя растерянным, неопытным, ничего не понимающим. И это нормальное состояние. И только оно плодотворно, потому что не дает возможности использовать какие-то штампы, не пускает по накатанной колее.

– А в чем сложность спектакля «Дама-призрак»?

– Это неординарный спектакль. Во-первых, мы столкнулись с невероятно сложным стихотворным текстом (перевод Бальмонта не имел сценической истории). В моей практике я впервые разговариваю на сцене стихами. К сожалению, сейчас редко ставят такие пьесы — это, кстати, очень вредит профессиональным артистам, поскольку каждый раз надо заново вспоминать азы. Вторым препятствием стала сложнейшая режиссура: режиссер перенес спектакль из средневековой Испании в Петербург начала ХХ века в башню Вячеслава Иванова. И нашей основной задачей было сделать все эти решения понятными для зрителя. Не все находки режиссера казались, да и сейчас кажутся нам убедительными. Но школа хорошая.

– А как удается поддерживать форму, всегда быть в тонусе?

– Положение обязывает. Раз ты выбрал эту профессию, то будь любезен ей соответствовать. Каких-то специальных рецептов у меня нет. Хотя вот с осени собираюсь записаться в бассейн. Когда совсем уж пасмурно (и на улице, и на душе), помогает женьшень. И, конечно, внутренний настрой. Говоришь себе: у тебя вечером спектакль. И, знаете, это тонизирует, ведь артист живет работой.

– Дочь не выразила желания пойти по вашим стопам?

– К сожалению, в последнее время стала подавать такие намеки.

– К сожалению?!

– Это очень-очень-очень тяжелая и зависимая работа. Я думаю, ни один артист своего ребенка в эту профессию с легким сердцем не отправит. К сожалению, в ней очень много зависит от того, как сложится твоя судьба. Бывает, что люди с огромным потенциалом не могут себя реализовать. А бывает, что человек с гораздо меньшими данными по воле судьбы работает и — растет, совершенствуется.

 

 



Ксения Сологуб, фото Татьяны Городчаниновой

 
 
чулки как выбрать, с чем носить

Читать
Слушать
Thirty Seconds to Mars - This is War
Мода | Звезды | Красота и здоровье | Любовь и секс | Психология | Карьера | Дом и интерьер | Рецепты | Семья и дети | Отдых
Copyright © 2011   "Женский Петербург".   Все права защищены.