Женский Петербург
Мода
Звезды
Красота и здоровье
Любовь и секс
Психология
Карьера
Дом и интерьер
Рецепты
Семья и дети
Отдых
Смотреть
Новости
Рио 3D

Карта сайта

Культура

Девушка и скрипка

Мария БессоноваСкрипка стала для нее сосредоточением смысла, способом постичь мир и средством выражения артистического таланта.   Мария Бессонова – виртуозно играющая на скрипке молодая петербургская актриса, или скрипачка, делающая из своего выступления феерический моноспектакль? Ответ может дать только зритель или слушатель.

− Мария, расскажите, где вы учились музыке?
− Сначала, как принято, семь лет музыкальной школы, затем джазовый музыкальный колледж. Но настоящая любовь к музыке и мастерство пришли уже во время работы с профессиональными музыкальными коллективами. Я играла в разных группах – «Ад Либитум», у Павла Кашина, даже в «Короле и Шуте» играла одно время. В группе «Ад Либитум» нужно было играть что-то вроде средневекового фольклора, а это довольно сложно. Играя в группах, я постепенно привыкала к сцене – это очень помогло мне в дальнейшем уже в сольной карьере.

− Как дальше развивался ваш творческий путь?
− Мне захотелось в театральный институт. Поступила на курс Исаака Романовича Штокбанта в театре «Буфф», где и почувствовала вкус эстрады. В этом театре работает замечательный артист Михаил Смирнов, талантливый ведущий, герой программы «Кривое зеркало» Евгения Вагановича Петросяна. Тогда я уже стала сольно выступать на разных концертных площадках города и, благодаря Мише Смирнову, вскоре оказалась в Москве на передаче Петросяна, где участвовала в массовом номере. После чего Евгений Ваганович попросил меня сыграть сольно. Я и сыграла. Спонтанно, живьем перед публикой. Это было мое первое телевизионное выступление в таком масштабе. Как правило, «живьем» практически никто на Первом канале не работает. Впоследствии этот выпуск программы повторили, наверное, раз 40 по самым разным телеканалам… Просто так вышло, что именно этот выпуск «Кривого зеркала» оказался самым рейтинговым по стране. Поэтому по возможности я стараюсь периодически выступать у Евгения Вагановича.

− Образование в джазовом колледже отличается от традиционного классического?
− Классического музыканта учат играть по нотам, а для джаза главное – импровизация. Джаз – это музыка, которая рождается прямо сейчас, из сиюминутного настроения. Но все-таки я играю совсем не джаз. Условно говоря, это можно назвать «музыка всего мира, но в современной обработке». Я как бы создаю музыкальный поток, который переполняет экспрессия, ритм. А мелодии могут быть самыми разнообразными – от классики до фольклора. Это очень экспрессивный стиль, громкий, пробирающий до глубины звук. Долго воспринимать такой плотный музыкально-информационный поток сложно, поэтому в концертных программах я играю один-два номера за раз, после обязательно нужен перерыв.

− А как совмещается  столь нежный инструмент как скрипка с такой  экспрессивной подачей?
− Отлично! Более того, в этом присутствует еще и элемент шоу: выходит хрупкая девушка с маленькой скрипкой, и как «шарахнет»!.. Мне нравится передавать эту энергию через музыку. Заряжать людей энергией. Мне близка современная обработка классики с хорошим драйвом, экспрессивным звучанием. Современная музыка – это в своем роде первобытный транс. А совмещение со скрипкой дает новые ощущения. В каком-то смысле сейчас в современной музыке идет активное исследование этого самого транса.

− Собственно у вас есть стимул его исследовать…
− Этим я и занимаюсь сейчас. Основная цель − классический музыкальный материал адаптировать под современную энергетику. Сейчас пробую Иоганна Себастьяна Баха. Хотя хочется не только переигрывать классические произведения. Конечно, низкий поклон Антонио Вивальди – от интерпретации Ванессой Мэй его «Времен года» собственно и пошел этот ультрасовременый скрипичный стиль, от которого я и отталкиваюсь. Но хочется идти дальше. Так что у меня мечта: либо найти второго Вивальди, либо придумать что-то свое. Кстати, о трансе… Я еще на барабанах неплохо играю. Не могу спокойно на них смотреть. Как только вижу, сразу хочется сесть за барабанную установку и поотбивать ритмы. Папа хочет подарить мне барабаны, но только электронные, а то соседи не выдержат.

− Но выбор все равно остается за скрипкой?
− Для меня скрипка – это инструмент, на котором я могу говорить лучше и глубже, чем словами. С помощью скрипки я напрямую передаю свои эмоции. Для меня скрипка − это как бы голос души.

Сложно было привыкнуть к игре на электронной скрипке?
− Игра на электроскрипке ничем не отличается от игры на обычной скрипке. Хотя звук не такой живой, но зато адаптирован для работы со сверхгромкой техникой. На электроскрипке больше драйва, звук громче. Сейчас мне снова хочется перейти на живую скрипку, но уже со звукорежиссерскими ухищрениями. Мне бы хотелось найти скрипичного мастера, который сделал бы скрипку так, чтобы она зазвучала, как мне нужно.

Мария Бессонова− На сцене вам какой образ ближе − музыканта или артиста?
− Конечно, на сцене я артист. Как музыкант воплощаю себя дома. Каждый день беру в руки скрипку и играю, пока не почувствую, что сделала хоть маленький, но шаг вперед. Как только я выхожу на сцену, то должна забыть, как это ни парадоксально, все ноты и упражнения и думать только об эмоциях, которые несу зрителю. Мне хочется подарить праздник людям. Играя, я как бы общаюсь со зрителем с помощью скрипки. В этом плане мои кумиры по исполнению – «Терем-квартет».

− С ними работали?
− Да, в сборных концертах. Это очень добрые, отзывчивые люди и, конечно, великолепные музыканты.

− После театрального института хочется поработать в театре?
− Как актриса я не смогла бы работать в театре, но хотелось бы себя попробовать в кино. Театр – это религия, там нужно жить, отдавать себя целиком, все свое время, а я много выступаю сольно. Хотя мне нравятся неклассические театры нового поколения, например театр DEREVO, с ними мне бы хотелось поработать.

− Поклонникам ждать сольного альбома Марии Бессоновой?
− Альбом выпустить можно, но пока надо набрать больше авторского материала. Классических произведений, неадаптированных под современные ритмы, осталось не так много. С одной стороны, хотелось бы весь уже готовый материал скомпилировать в альбом. А с другой − создать авторские композиции.

− Сценический костюм тоже часть вашего шоу?
− Конечно! Через костюм можно внести максимум зрелищности в выступление. Костюм должен соотноситься с произведением, он тоже часть номера. Хочется чего-то неординарного, как, например, у балета Бизе-Лизу. Этот коллектив создал наш великолепный модельер Иван Коклюшкин. Вообще я всегда в поиске идеального сценического образа.

− Какие планы на будущее?
− У меня мечта сделать полноценный большой концерт с танцами, лазерным шоу, объемным звуком, с яркими костюмами. Ввести туда элемент чего-то суперсовременного, космического.

− Игра на скрипке подразумевает только живое исполнение?
− Играть под фонограмму в моем случае практически невозможно. Даже если какая-то суперответственная съемка, то маловероятно, что я соглашусь на «плюс». Ведь даже на Первом канале, у Петросяна был живой звук. Концерт – все-таки живое общение, где не должно быть никакой искусственности. И надо стремиться к тому, чтобы это общение было максимально чистым, честным и качественным.

Анна Филатова

 
 
чулки как выбрать, с чем носить

Читать
Слушать
Thirty Seconds to Mars - This is War
Мода | Звезды | Красота и здоровье | Любовь и секс | Психология | Карьера | Дом и интерьер | Рецепты | Семья и дети | Отдых
Copyright © 2011   "Женский Петербург".   Все права защищены.