Женский Петербург
Мода
Звезды
Красота и здоровье
Любовь и секс
Психология
Карьера
Дом и интерьер
Рецепты
Семья и дети
Отдых
Смотреть
Новости
Рио 3D

Карта сайта

Культура

Домовладелец Сергей Прохоров

На Сергее Прохорове не было ни галстука-бабочки, ни красного пиджака. Потертые джинсы, свитер. Его можно было не узнать, усомниться: он ли? Если бы не улыбка…

 

– Сергей Анатольевич, считаете ли вы себя одним из богатейших людей нашего города?

– Ну что вы! Считать меня представителем шоу-бизнеса — это большое заблуждение. Наверное, благодаря работе на телевидении, концертной деятельности, я получил какую-то незначительную финансовую независимость, которая позволяет мне сегодня выбирать, где работать, а где нет. Но дело в том, что моя основная работа все-таки здесь, в Доме ученых в Лесном!

– Мало кто из петербуржцев живет на три дома! Один у вас в Лесном, другой на Козырной улице…

– Да, «Блеф-клуб» находится, согласно вывеске, на Козырной улице. В таком случае, у меня еще есть квартира, куда я приезжаю переночевать. И дача!

– Зачем вам дача? Дом ученых находится в заповедной зоне!

– Многие знакомые тоже удивлялись: зачем тебе дача?! Лесопарк, где находится Дом ученых, недавно стал заповедной зоной. А до этого был просто маленький зеленый оазис, если и не в центре, то неподалеку от центра города. Здесь можно и в теннис поиграть, и грибов насобирать, и белочками полюбоваться. Домом ученых я дорожу, наверное, не в меньшей степени, чем собственным домом. В широком понимании слова. Тут я и директор, и водопроводчик, и электрик. Директорская должность больших доходов не приносит, зато получаю моральное удовлетворение. Вслушайтесь — как звучит: директор Дома ученых!

– Вы строгий руководитель? Выговоры объявляете?

– До выговоров обычно дело не доходит. Я могу быть мягким, могу терпеть, на некоторые вещи до определенного момента могу закрывать глаза, что-то прощать, но чаша терпения может и переполниться, и тогда следует взрыв. Это происходит крайне редко. А вообще-то я делаю все для того, чтобы люди понимали, что они хозяева этого Дома, и что инициатива должна исходить и от них. И если какой-то вопрос они в состоянии решить без директора, так зачем же стучаться в мой кабинет?

Я так воспитан: все стараюсь делать хорошо. Будь то работа в Доме ученых, на телевидении или же моя концертная деятельность. Уверяю вас, если бы я был дворником, я бы делал красивые сугробы!

– Коллектив, надо понимать, у вас преимущественно женский?

– В Доме ученых порядка пятидесяти женщин и двое-трое, иногда бывает четверо, мужчин. Мне, честно говоря, комфортнее работать с женщинами. Я не пью и не курю, этого же требую и от подчиненных Я терпеть не могу, когда собираются мужики и начинают вспоминать, сколько они вчера выпили, и что у них после этого произошло. Или сколько у кого было донжуанских побед. Мужчина о своих победах должен молчать. Если вообще таковые были. Я не ханжа. Я тоже могу выпить. Бокал хорошего вина или немножко коньяку. Дважды в жизни я был пьян, ничего плохого не натворил. Наоборот, было весело, но вспоминать об этом я не люблю. Потому что считаю: выпивка — это недостаток, и о ней лучше молчать. Зачем о своих недостатках распространяться?!

– Некоторые игроки не по одному разу посетили «Блеф-клуб». Кого-то из участников передачи хотелось бы выделить?

– Первая передача этого года — с Романом Виктюком. Из десяти лет существования «Блеф-клуба» восемь я точно хотел, что бы у нас играл Виктюк. Мне потом уже сказали, что бывали случаи, когда Виктюк со съемок каких-то передач, если ему не нравилось, просто уходил. Говорил: «Вы мне не интересны!» А от нас не ушел!

– Отказники среди приглашаемых были?

– Отказники были. Лет шесть назад я предложил принять участие в передаче Олегу Янковскому. «Я не умею рассказывать байки». — сказал мне Олег Иванович. Я уверен, что Олег Иванович замечательный рассказчик! Может быть, он блефовал? А может, я попал не под настроение. Олег Басилашвили, будучи депутатом Государственной думы, отказывался: «Я не могу играть в «Блеф-клубе», когда в Чечне война…» Как знать, отговорка это или принципиальное соображение. Мне кажется, тут важно понимать: «Блеф-клуб» — не шоу.

Неправы те, кто считает, что в «Блеф-клубе» собираются люди для того, чтобы просто похохотать. Мы, конечно, стараемся сделать передачу веселой. Но ведь бывали же случаи, когда люди рассказывали истории совсем не смешные, а иногда даже грустные. Случалось, даже плакали! Наша передача — добрая, она — человечная.

– Существует разница между питерским «Блеф-клубом» и московским — тем, что на канале «Культура»?

– В Москве слишком много табу. Меня часто одергивают: это нельзя, этого не надо. А я не понимаю: почему? Например, нельзя спросить: «Верите ли вы, что еще Нострадамус предсказал, что РАО ЕЭС будет возглавлять Анатолий Чубайс?» «Верите ли вы, что по данным статистики, собаки гораздо реже писаются в лифте, чем люди?» Очевидный вопрос, социальный вопрос, а — нельзя! Или: «Верите ли вы, что американским подводникам выдают надувных женщин?» В Питере звучит! А в Москве — нельзя! Почему нельзя?

– О двух ваших домах мы поговорили. Теперь — о третьем?

– Предвосхищая, вероятно, ваш следующий вопрос, могу ответить словами Антона Павловича Чехова: жена есть жена. Я из тех людей, которые считают, что каждый «публичный человек» имеет право на частную жизнь. Пусть моя частная жизнь и остается частной.

– Тогда поговорим о том, какие женщины вам нравятся.

– У Ефремова в романе «Лезвие бритвы» есть трактат чуть ли не на шестнадцати страницах, суть которого сводится к тому, что в человеке все прекрасно и ничего нет случайного. Большие ресницы — чтобы пыль не попадала в глаза. Большие брови — чтобы пот отводить со лба. Ну и так далее. Мне всегда нравились женщины с крупными чертами лица. Большие глаза — обязательно! Такие, чтобы в них можно было утонуть. Улыбка — так улыбка! Однажды мне пришлось сформулировать свой идеал женской красоты. И я понял, что у меня хороший вкус. Мне нравятся Ким Бессенджер, Мишель Пфайфер, Изабелла Аджани, Мерилин Монро, Ава Гарднер, Элизабет Тейлор, Любовь Полищук, Ирина Алферова.

– Приходится постоянно жертвовать собой во имя чего-то?

– Приходится. Разве вы этого не поняли?

– Неприятные мелочи вас раздражают?

– Когда ломается, предположим, машина, я понимаю, что машина может ломаться, колесо можно проколоть, а все равно огорчаешься! Так уж устроен человек.

 Владимир Добротворский

 
 
чулки как выбрать, с чем носить

Читать
Слушать
Thirty Seconds to Mars - This is War
Мода | Звезды | Красота и здоровье | Любовь и секс | Психология | Карьера | Дом и интерьер | Рецепты | Семья и дети | Отдых
Copyright © 2011   "Женский Петербург".   Все права защищены.