Женский Петербург
Мода
Звезды
Красота и здоровье
Любовь и секс
Психология
Карьера
Дом и интерьер
Рецепты
Семья и дети
Отдых
Смотреть
Новости
Рио 3D

Карта сайта

Культура

Фаина Раневская: «Мальчик мой дорогой!»

 

«…Сейчас я покормлю птичек и коротко расскажу свою жизнь. Я не могу своей жизнью надоедать», — грузная женщина с глазами сенбернара явно испытывает неловкость от столь пристального внимания к себе. Каждое ее слово, острое и необыкновенно точное, бьет наотмашь застывшую в комнате тишину. «Ваш талант очень терпкий, — сказал ей как-то Алексей Толстой. — Впивается как запах скипидара.»

У этого таланта вкус одиночества. Горький, как лекарство от подступившей старости.

У ног Раневской, положив голову на кривые лапы, дремлет пес. Седой хвост выбивает замысловатый ритм и вдруг замирает от слов хозяйки:

– Жизнь, мой Мальчик, все не задавалась. Прошла около. Как рыжий у ковра.

Пес согласно вздыхает.

Есть люди, которые рождаются с клеймом одиночества. Такой была и Фаина Раневская. Хотя поначалу судьба была к ней необыкновенно щедра. Дочь миллионера, она почти ни в чем не знала отказа. Родители потакали всем ее прихотям, за исключением одного —театра. Уже в пятнадцать лет эта нескладная девочка бредила сценой. Декламировала Чехова и Островского, бродя по парку Цюриха. На крымском побережье читала стихи. И мечтала о судьбе великой актрисы. Родственники относились к планам более чем скептически. Мать ласково уговаривала, отец сурово осаживал:

– Какая из тебя актриса? В зеркало посмотри! Рыжая, страшная и к тому же заикаешься.

Фаина действительно сильно заикалась: когда она волновалась, то не могла связно произнести и двух слов. Однако вот парадокс: на сцене этот дефект речи волшебным образом исчезал.

Но кто слушает советы в шестнадцать лет? Устав от домашней деспотии, Раневская поступила весьма банально — сбежала из дома в Москву. На экзаменах в театральную школу при модном московском театре она так волновалась, что упала у обморок. «Девушка! У вас на лице написана профессиональная непригодность», — пожалуй, это была самая мягкая из всех прозвучавших оценок.

Казалось бы, на мечте можно было поставить крест и покаянно возратиться в золотую клетку отчего дома. Но амбициозная и упрямая барышня сдаваться не собиралась. Платная театральная школа, участие в летнем театре, провинциальные труппы, муки голода и комплексов — она прошла через все это ради единственной цели — стать актрисой. И добилась своего.

Она много играла в провинциальных театрах, потом биографы подсчитают, что Раневская исполнила свыше трехсот ролей. Для полного счастья не хватало только собственной семьи и любимого человека. Да где там! Как раз этого судьба ее и лишила.

Уже тогда Фаина поняла о себе все: «Бытовая дура — не лажу с бытом! Деньги мешают и когда их нет, и когда они есть. У всех есть «приятельницы», у меня их нет и не может быть. Вещи покупаю, чтобы их дарить. Одежду ношу старую, всегда неудачную. Урод я». Осознание собственной непривлекательности пришло с первой влюбленностью. Слишком большой нос, тяжелые черты лица и глаза старой, умудренной жизнью женщины. Она пленяла чувством юмора и парадоксальностью, образностью мышления. Она притягивала к себе как личность, но не как женщина. Увлекаясь, была готова на все, да вот беда — увлекалась не теми…

...Актер из труппы, тот, у кого амплуа любовника превратилось в жизненное кредо: «Деточка, сегодня вечером я к вам загляну». Рыжая Фаина вне себя от счастья. Занимает деньги, покупает дорогущих деликатесов и накрывает стол а-ля романтик. А потом до часа Х старательно охорашивается перед зеркалом. От волнения она почти хорошенькая. И вот звонок. Открывает дверь, как надежду на спасение. Но оставь надежду всяк сюда входящий! Он не один. С далеко идущими намерениями. Намерения вот они, рядом. Симпатичная дама переминается с ножки на ножку. Не терпится. «Спасибо, деточка. Не ожидал. А теперь прошу вас погулять часика два». Сколько таких эпизодов было в ее нескладной жизни? Один? Два? Десятки? Неизвестно. Это пародия на отношения не имела продолжения. Впрочем, особо близким людям она признавалась, что однажды влюбленность так и завершилась стремительным браком. Но браком неудачным. Данное мероприятие, по словам самой Раневской, ей очень не понравилось. И они расстались. А был ли, собственно, муж? Ни подтверждения, ни опровержения этого факта биографам так и не удалось найти. Зато сплетен о нетрадиционной сексуальной ориентации актрисы хоть отбавляй. Поистине, нет пределов фантазии человеческой.

Инстинктивно она стала выбирать заведомо недоступных, женатых мужчин. Причем без всякого намека на физическое продолжение. Любовь Раневской была особенной: духовной и платонической, готовой на самоотречение. Она любила в мужчине личность, а потом уже все остальное. Так же как и они видели в ней только лишь актрису и неординарного человека. «Любовь — это совсем не то, что делается в постельке» — в этом ироническом определении отношение актрисы к любви.

Такой была влюбленность в режиссера Таирова. При этом Раневская обожала его жену Алису Коонен, с которой ее связывала многолетняя дружба. Когда на театр Таирова начались гонения, Фаина Георгиевна проплакала несколько дней, ощущая несправедливость и горе своего друга. В состоянии дикого стресса отправилась на прием к невропатологу. Толстая армянка с трудом владела русским языком, однако прилежно заполняла карту. Актриса пожаловалась на то, что уже целую неделю плачет из-за своего друга, которого она очень любит, и которого так обидели.

– Значит, плачет?

– Да.

– Сношения был?

– ?!

– Спрашиваю, как врач.

– Да вы что!

– Понятно. Плачет она. Обидели его. Сношений не было.

Диагноз ясен: психопатка. Как ни странно, как раз диагноз и вывел актрису из состояния стресса. Обладая чувством юмора и оценив комизм ситуации, сама начала хохотать.

В.И.Качалов. 1910 год

Влюбленность в Василия Качалова была иной.

О Качалове Фаина Георгиевна всегда вспоминала с удивительной нежностью: «В жизни я любила только двоих. Первым был Качалов. Второго не помню…». Познакомились они исключительно по инициативе Раневской. Она подкараулила актера у служебного входа и попросила провести на спектакль: «Сами мы не местные, из провинции, в хорошем театре никогда не были. Помогите». Качалов не отказал. Провел за кулисы.

После спектакля подошел:

– Ну, провинциальная, пошли домой.

Этот путь домой казался Раневской радугой.

Так завязалась эта любовь-дружба. Ни на что особенное Фаина и не надеялась. Ей было достаточно того, что она просто находится рядом. Невозможность физических отношений, вечное балансирование на проволоке чувственности и духа придавала их «связи» пронзительную обреченность. Частым спутником прогулок этих двух актеров становился Джим, любимый пес Качалова. «Дай, Джим, на счастье лапу мне», — иногда повторяла Фаина, поглаживая псину по голове. Она и не подозревала, что такой Джим появится и в ее жизни, став последней любовью и спасением от старости и одиночества.

Без семьи. Без детей. Без нормального налаженного быта. Иногда и без работы. Сплошные «без». Фаина Георгиевна пережила всех близких ей людей. Последние годы жила в неуютной, полунищенской обстановке. Старый телевизор. Книги. Тоска по будням и праздникам. И ни одной родственной души. Пока, наконец, актрисе не принесли подкидыша: забитую псину с огромным животом, перебитыми ногами и седым хвостом. По воду имени думать долго не пришлось: Мальчик. Так она называла только самых любимых.

Она так и звала пса: «Мой дорогой Мальчик!». Мальчик был лучшим лекарством от одиночества, символом надежды, проверенным средством от тоски: «Я боюсь за него, это самое у меня дорогое — псина моя, Человечная». Каждая прогулка с собакой становилась для обоих событием, каждый спектакль — трагедией. Мальчик не мог прожить без хозяйки и часу. В ее отсутствие выл. Нередко доходило до того, что пса спешно привозили в театр: показывали Фаину Георгиевну и только после того, как Мальчик успокаивался, увозили. Ради него Раневская отказывалась от пансионатов, дачи на лето и поездок — не желала расставаться ни на минуту.

Смерти Раневская не боялась, она даже в какой-то степени ее к себе притягивала. Болезни, нищета, театральные склоки — были веянием нового времени. Она мечтала вернуться в ушедшую эпоху: «Боже, какая я старая, я еще помню порядочных людей». И вернулась.

P.S. А Мальчик пережил свою хозяйку на несколько лет.

Анастасия Монастырская

 
 
чулки как выбрать, с чем носить

Читать
Слушать
Thirty Seconds to Mars - This is War
Мода | Звезды | Красота и здоровье | Любовь и секс | Психология | Карьера | Дом и интерьер | Рецепты | Семья и дети | Отдых
Copyright © 2011   "Женский Петербург".   Все права защищены.