Женский Петербург
Мода
Звезды
Красота и здоровье
Любовь и секс
Психология
Карьера
Дом и интерьер
Рецепты
Семья и дети
Отдых
Смотреть
Новости
Рио 3D

Карта сайта

Культура

Лиза Боярская - дочь своих родителей

Лиза БоярскаяМихаил Сергеевич, папа нашей героини, как-то сказал в интервью: «Даже не предполагал, что она будет актрисой! Я думал, что актером станет сын Сережа, у него в этом плане гораздо больше способностей, как мне кажется. Получилось наоборот. Вперед уходит тот, кто хочет, а не тот, кто может. У Лизы было безумное желание…»
А еще красота, актерский талант и трудолюбие. Студентка Петербургской театральной академии продолжила актерскую династию Боярских. Она уже успела сняться в нескольких фильмах и играет в МДТ под руководством Льва Додина.

Полная версия фотосессии с Елизаветой Боярской >>>

— Актер – зависимая профессия, иной режиссер может крикнуть в лицо: «Бездарность!» или «Ну ты и растолстела». Как вам такая жизнь?

— Я очень спокойно к этому отношусь. Думаю, лучше делать выводы из всякого замечания, даже сказанного в грубой форме. Либо не обращать внимания, либо понять, в чем прав обидевший тебя человек. Я даже не считаю, что нужно обижаться! Во-первых, режиссеры, которые со мной работают, сами не бездарны, и на пустом месте замечание возникнуть не может. Такие вещи надо в блокнот записывать. Это ведь так здорово, когда мастодонты кинематографа или театра дают советы! Во-вторых, они часто эмоциональны. Человек – живой организм, во время творческого процесса может вырваться все что угодно.

Создавать вокруг себя баррикады и говорить: «Я идеален, какие могут быть замечания» – неправильно. Хотя, конечно, лучше, когда на недостатки указывают в доверительной форме…

— Значит, на критику не обижаетесь?

— Нет, хотя актерский организм очень хрупок и легко разрушается. Расстроиться можно от каждого замечания, а потому себя нужно все время подкреплять, подливать в «кирпичики» «цемента», чтобы можно было выстроить «башню» до самого неба. Конечно, если есть такое желание. Но оно, мне кажется, должно быть у каждого человека творческой профессии.

— И чем подкреплять? На память приходит только мед, из мультфильма про Винни-Пуха…

— Подкрепляться нужно знаниями и теми же замечаниями, физической нагрузкой. Надо быть подвижным и маневренным, чтобы в любой ситуации суметь что-то сделать. Мне, например, требуется огромное количество духовной пищи – книги, произведения искусства. Кстати, недавно мы ездили в Париж с гастролями и побывали в Лувре, в музее Родена – удивительные впечатления! Да, и еще музыка… Без нее и шагу не могу ступить! И в машине слушаю, и дома, на съемки и на гастроли беру с собой проигрыватель. Он занимает половину моего чемодана, но я все равно его упаковываю…

— Что слушаете?

— Классику, фортепианные произведения, очень люблю музыку к фильмам. Всегда можно поставить что-то под свое настроение, то, что будет соответствовать тебе сегодня. Это и заряжает перед работой, и расслабляет после.

— Вы себя подкрепляете всем вышеперечисленным?

— Да, и думаю, нужно делать это все время. Если кажется, что есть течение, которое обязательно тебя куда-то вынесет, вынести может в такую сточную канаву, из которой потом не выбраться. Направление себе лучше давать самому.

— Системный подход?

— Любое желание должно подкрепляться. Нельзя ждать, что само что-то придет. Если чего-то хотеть, то, чтобы это сбылось, надо прикладывать усилия. Мне кажется, это истина, которая не подвергается сомнениям.

— Вы с детства мечтали стать актрисой?

— Нет, я сделала выбор в 16 лет – достаточно сознательный возраст. К тому времени я уже понимала, что это не феерическая профессия – сидишь, и вокруг тебя все цветет, – а такой же труд, как любой другой. Сначала я собиралась идти в журналистику, и буквально за месяц до поступления передумала.

— Почему такая резкая перемена?

— На самом деле в журналистику я пошла от отчаяния: понимала, что я – гуманитарий, но идеального для себя направления не находила. Была мысль пойти в Институт культуры на специальность «организатор массовых зрелищ». Сейчас думаю, что, выбрав театральный, я ни на йоту не ошиблась. Здесь каждый шаг, каждая секунда происходящего подтверждают, что это именно то, чем мне хотелось бы заниматься.

 Страшно не было? Наверняка мама в профилактических целях рассказывала какие-нибудь ужасы из актерской жизни.

— Естественно, у меня были и есть страхи, но все равно они намного меньше, чем желание быть актрисой. Да и появляются обычно страхи от бездействия, когда ты ничего не делаешь, начинается: «а вдруг? а если?», человек начинает сам себя накручивать. Когда ты постоянно, каждую секунду чем-то занят – будь то перелет, переезд, съемка или спектакль, – у тебя нет времени думать об этих «а вдруг?». Пока работаешь – ты счастлив, доволен и все хорошо!

— На ваш взгляд, девушка из актерской семьи лучше подготовлена к специфике профессии – непростым отношениям в кругу коллег, интригам?

— Думаю, что дело не в профессии родителей, а в том воспитании, которое я от них получила. Даже в самых обидных ситуациях, если кто-то говорит оскорбительные слова в адрес моей семьи, я могу ответить «спасибо» и уйти. Такое было раза два в жизни, но я, естественно, эти случаи помню. Хочется рвать на себе волосы от злости. Думаешь, нужно было плеснуть этому человеку водой в лицо, ударить в живот! Абсолютно серьезно. Но в итоге оказывается, что мое «спасибо» было для него самым жестоким наказанием… Я не думаю, как сделать ему больнее, это происходит спонтанно, несознательно. Инстинкт, который заранее останавливает и не дает делать глупости, заложен в меня давным-давно.

— Ваше лицо – нетипажное, что должно привлекать режиссеров. Ждете каких-то особенных ролей?

— Само собой, но пока отвечаю на те предложения, которые поступают. Боюсь сглазить, естественно, но с каждым годом их становится чуть больше, появляется выбор, что уже не так плохо. Сейчас я занята в двух картинах, и их сценарии полностью удовлетворяют все мои запросы. Конечно, я этому безумно рада. Один фильм посвящен Великой Отечественной войне, другой – временам революции и Гражданской войны.

— Вам нравится играть в фильмах о прошлом?

— Мне действительно близки исторические картины. Я считаю себя несовременным человеком. Вернее, я не до конца современна и, наверное, поэтому не так часто хожу на всякие светские вечеринки. Я не разбираюсь в Интернете, компьютере и мобильном телефоне, и мне нравится все, что было раньше… устои в обществе, например, положение женщины.

— «Раньше» – это когда?

— В начале прошлого века. Сегодня женщина эмансипированна, самостоятельно зарабатывает себе на хлеб. Я сама чувствую, что во мне есть какая-то сила, и силы этой больше, чем должно быть у девушки в двадцать один год. Мои подруги абсолютно разных профессий – юристы, экономисты, балерины – все очень сильные, порой, к сожалению, сильнее, чем мужчины.

— Исходя из чего вы делаете такой вывод?

— Сегодня женщина не может полностью положиться на близкого человека, зная, что о ее жизни и судьбе позаботятся. При этом побыть слабой все равно хочется. Я, например, очень люблю себя пожалеть, просто обожаю! Прихожу жутко усталая после какой-нибудь бешеной смены, сажусь в ванной и начинаю реветь, мол, не могу больше и почему меня никто пожалеет, не загородит своей широкой спиной. А потом думаю: почему, собственно, я так расхныкалась? Нужно радоваться, что все это есть и я с этим справляюсь. Так я закаляю свой характер, а мужчины пусть сами становятся сильнее меня.

— Но вы производите впечатление самостоятельного человека, который не потерпит подчинения.

— Актерская профессия учит подчинению в хорошем смысле слова, подчинению режиссеру и режиссуре: тебе предлагают обстоятельства, и ты им подчиняешься. Этому я готова подчиняться безмерно! Без режиссера в кино и театре я не смогу, я привыкла, что мне дают указания, и мне нравится их исполнять. В жизни режиссера мне не нужно. Видимо, во мне борются две сущности: с одной стороны, я абсолютно современный человек, с другой стороны, считаю, что было правильно, когда девушек выдавали замуж родители.

— ???

 Да, и что браки были разновозрастные, а женщина должна была знать несколько иностранных языков, наизусть цитировать сочинения Гете и Флобера, вышивать крестиком, и танцевать все па вальса и полонеза.

— Вы шутите?

— В моем представлении такая женщина идеальна. Жаль, но сейчас другие условия и нам приходится бороться…

— Но в актрисы вас в те времена родители точно не пустили бы!

— Да, не пустили бы. Но тогда я и не знала бы, что могу быть актрисой. У меня было бы положение, которое устраивало бы меня во всех смыслах.

— Пожалуйста, поподробнее на тему неравных браков.

— Ну, это ведь было не совсем с закрытыми глазами: проходили смотрины, тем более девушки были настолько чисты и невинны, что одно появление в их доме мужчины уже сводило с ума. Казалось, что лучше этого ничего быть не может. Что касается разновозрастных браков, всегда было известно, что девушки развиваются быстрее, чем молодые люди, а сейчас девушки настолько сильны духом и воспитаны обстоятельствами, что ровесники кажутся им «молодыми людьми» в полном смысле этого слова.

— Значит, вы будете не против, если папа скажет: «Лиза, видишь мужчину? Это владелец фабрик, заводов, пароходов, просит твоей руки, и я уже дал свое согласие. Свадьба через месяц».

— (Смеется.) Я говорю о своем идеальном представлении, о том, как должно быть, но сама я – другой человек.

— Актриса Наталья Тенякова рассказывала, что на момент съемок фильма «Любовь и голуби» ей было тридцать с небольшим. Пластический грим сильно испортил ей лицо, но она об этом не жалеет, поскольку роль удалась. Вы чувствуете в себе силы пойти на какие-то жертвы ради роли?

— Да, вплоть до того, чтобы побриться налысо, я смелая! Конечно, если будет стоящий материал. Такое было, пожалуй, один раз: на картине Аллы Ильиничны Суриковой «Вы не оставите меня» меня несколько раз перекрашивали в рыжий цвет. Но ничего, пережила, сейчас свой цвет вернула. Единственное, что, наверное, мне сложно представить физически, – за три месяца растолстеть на двадцать килограммов, как Рене Зельвегер…

— Какие впечатления от работы с Аллой Суриковой?

— Я считаю, что мне невероятно повезло. До этого мне приходилось сталкиваться с драматическими ролями, а здесь – лирическая комедия. Причем, когда я прочитала сценарий, маме казалось, что это вообще не мое, даже браться не стоит, никогда в жизни я этого не сыграю. Что значит «не сыграю», тут же подумала я.

— И сыграли!

— Да, но в течение всех съемок я прикладывала очень большие усилия. Моя героиня, молодая актриса Верочка – сплошной поток энергии, он просто бьет из нее ключом. Мне приходилось постоянно себя «накручивать». Она взбалмошная дурочка: все время говорит, визжит, плачет, хохочет. Но я была очень довольна – действие происходит в пятидесятых годах: моя любимая мода, платья-колоколы… и, конечно, мне хотелось себя почувствовать в новом качестве. Тогда я в первый раз попала на съемочную площадку вместе с собственным папой, который по сценарию был моим папой. Очень интересно и достаточно необычно. Мне казалось, что там играть? Но когда звучало слово «мотор!» и включалась камера, я все равно начинала что-то играть, и папа играл.

— Как вы отдыхаете?

— Встреча с друзьями и сон – все, что мне нужно. Если у меня есть выходной, то лучше часов восемнадцать поспать впрок, чтобы хватило надолго.

— Вы модница?

— Модницей я назвать себя не могу: невозможно представить, чтобы каждый месяц я покупала Vogue и читала про то, какой цвет в моде. Но тем не менее у меня есть определенный стиль. Я больше тяготею к классике или ретро. Когда модельер создает свои модели, он иллюстрирует собственную индивидуальность, а когда мы надеваем их, мы теряем ее. Поэтому я считаю, что в одежде каждый человек должен исходить из своего «я».

— Где покупаете одежду?

— Где увижу. Зашла за батарейками, увидела юбку и купила. Специально редко хожу по магазинам. У меня совершенно нет страсти к брендам. Если мне понравится вещь, могу купить ее и на «Апрашке».

— Вы живете с родителями. Нет ли желания поселиться отдельно?

— Нет, потому что когда я прихожу домой, я становлюсь ребенком. Автоматически. Меня кормят, застилают мне постель, стирают вещи, помогают собраться. Половину дел, которые не успеваю сделать, я отдаю маме.

— Вас часто сравнивают с родителями?

— Я сама чувствую, что в моем характере очень много от мамы. От папы – отношение к работе. Он такой же фанат и трудоголик. Наверное, это хороший синтез. 
 

 
 
чулки как выбрать, с чем носить

Читать
Слушать
Thirty Seconds to Mars - This is War
Мода | Звезды | Красота и здоровье | Любовь и секс | Психология | Карьера | Дом и интерьер | Рецепты | Семья и дети | Отдых
Copyright © 2011   "Женский Петербург".   Все права защищены.